Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

Кубоид Мориса Эшера

Ионеско о современном образовании

     К сожалению, математику (да и не только математику) часто преподают в школе так, как в "Уроке" Эжена Ионеско. Выучив все результаты умножения, какие только возможны, что производная x² равна 2x, ученики порой затрудняются сказать, чему равна производная, например, t². И так далее...

***********************************************

     Учитель. Послушайте, мадмуазель, если вы не способны понять азы, первоосновы арифметики, вы никогда не станете грамотным инженером. И уж тем более — преподавателем в высшей политехнической школе или в высшем дошкольном учреждении. Все это, бесспорно, сложно, очень и очень отвлеченно... разумеется... но как же, без глубоких знаний основ, вы сможете сосчитать в уме — а это самое малое, что требуется от рядового инженера, — сколько будет, ну, скажем, если три миллиарда семьсот пятьдесят пять миллионов девятьсот девяносто восемь тысяч сто пятьдесят один умножить на пять миллиардов сто шестьдесят два миллиона триста три тысячи пятьсот восемь?
     Ученица. Это будет девятнадцать квинтиллионов триста девяносто квадриллионов два триллиона восемьсот сорок четыре миллиарда двести девятнадцать миллионов сто шестьдесят четыре тысячи пятьсот восемь...
     Учитель (удивленно). Нет. Кажется, не так. Должно получиться девятнадцать квинтиллионов триста девяносто квадриллионов два триллиона восемьсот сорок четыре миллиарда двести девятнадцать миллионов сто шестьдесят четыре тысячи пятьсот девять...
     Ученица. Нет... пятьсот восемь...
     Учитель (сосчитав в уме, с нарастающим изумлением). Да... Вы правы... ответ, действительно... (Невнятно бормочет). квадриллионов... триллионов... миллиардов... миллионов... (Разборчиво). Сто шестьдесят четыре тысячи пятьсот восемь... (Ошеломленно). Но каким образом вы это вычислили, если вам недоступны простейшие приемы арифметического мышления?
     Ученица. Очень просто. Поскольку я не могу положиться на свое арифметическое мышление, я взяла и выучила наизусть все результаты умножения, какие только возможны.
     Учитель. Потрясающе... Однако позвольте вам заметить, мадмуазель, меня это ни в коей мере не удовлетворяет, и я не стану вас хвалить, ибо в математике вообще и в арифметике в частности главным следует считать — а арифметика только и делает, что считает, — ясное понимание... Вы должны были получить этот ответ, как и любой другой, путем математических рассуждений, путем дедукции и индукции. Математика — заклятый враг зубрежки, и хотя память — прекрасная вещь, но для математики она губительна!.. Так что я не удовлетворен... отнюдь... так не годится...
     Ученица (удрученно). Увы, мсье.

promo vadim_i_z august 4, 2016 08:18 65
Buy for 100 tokens
ПРЕДИСЛОВИЕ ПУБЛИКАТОРА В одном из эпизодов повести Анатолия Рыбакова «Кортик» (время действия – начало двадцатых годов прошлого века) участники школьного драмкружка выбирают пьесу для постановки. – «Иванов Павел», – предложил Слава. – Надоело, надоело! – отмахнулся Шура. – Избитая,…
Кубоид Мориса Эшера

Образовательная байка

     В одном минском вузе учился студент из Смоленска, получал на экзаменах четверки и пятерки, родители были очень довольны. Но вот однажды преподаватель решил поставить ему 7. Студенту долго пришлось упрашивать преподавателя оставить в зачетке 5.
Кубоид Мориса Эшера

Интересная интерпретация

Charles Todd. Watchers of Time
 

As a schoolboy, learning to draw the map of Great Britain, Rutledge had been taught that the island resembled a man in a top hat riding a running pig. The top hat was the northern part of Scotland—the Highlands. The man’s head and body were the Lowlands and the Midlands of England. The pig’s head was Wales, its front feet the Cornish peninsula, its hind feet the downs of Kent. And its rump was East Anglia, the great bulge of Essex, Suffolk, and Norfolk jutting out into the North Sea toward the Low Countries.

It was a picture he and his schoolmates had found diverting, endlessly practicing their drawing of the pig and its rider, unaware that the effort sealed forever in their minds the geography of their country.

 Чарлз Тодд. Свидетели Времени.
Перевод Г.Я.Сухоцкой

Еще в школе, на уроках географии, при изучении карты Великобритании, учитель советовал, как легче ее запомнить. Весь остров напоминал очертаниями человека, скачущего верхом на свинье. Его высокая шляпа — север Шотландии, ее гористая часть. Голова и туловище — средние и нижние области Англии. Голова свиньи — Уэльс, передние ноги — полуостров Корнуолл, задние ноги — холмистые долины Кента. А задняя часть туши — большая выпуклость — Эссекс, Суффолк и Норфолк, которые выпячиваются в Северное море.

Эту картинку они находили занимательной, рисуя бесконечное число раз свинью и ее наездника, развлекаясь и не осознавая, что эти усилия не проходят даром и таким образом навсегда в их головах отпечатается география родной страны.


 

Кубоид Мориса Эшера

Год получился трудным

     Сегодня мало кто вспоминает его добрым словом. Пандемия, события после 9 августа. Прощание с людьми, каждого из которых знал несколько десятилетий (причем ковид виновен только в одном случае).
     И в профессии было непросто - наверное, самый непростой год за сорок лет преподавательского стажа. Для нас ведь дистанционное обучение - еще и проблема с формулами: лекционные презентации готовятся медленно, писать уравнения в прямом эфире возможно, но надо привыкать к новой методике (товарищам по несчастью: быстрее всего получается набирать в Wolfram Mathematica). 
     Плюс здоровенный двухсеместровый курс матмоделирования для магистрантов из Абу-Даби - естественно, in English - лекции, практика, лабораторные, всё это дистанционно. К тому же по ковидным причинам курс этот сдвинулся и съел две трети летнего отпуска. Времени не было ни на науку, ни на раскопки по истории Минска. Без перерыва писал и переводил, как тот Чацкий, уж не знаю, славно или нет.
     Плюс невозможность выехать за пределы страны. Чудом поймали окно на короткий отдых в Черногории - вскоре после оно закрылось. А потом опять без отрыва от компьютера.
     В общем, весело. В новом, 2021-м году, надеюсь, всё сдвинется в лучшую сторону. Изменится к лучшему ситуация в Беларуси, прижмут коронавирус, вернемся к нормальной работе. Как там у Брехта -
«Плохой конец — заранее отброшен.
Он должен, должен, должен быть хорошим!»
     С наступающим!
Кубоид Мориса Эшера

Политехнизация минских школ


     Когда я в семидесятые годы учился в школе, ее полным названием было «Средняя общеобразовательная трудовая политехническая школа № 103 Первомайского района города Минска». Слово «политехническая» было здесь самым непонятным — конечно, БПИ (Белорусский политехнический институт) был рядом, но никакой особой связи с этим вузом у нас не было.
     И только потом, когда в университете довелось прослушать курс педагогики, стало понятно, что это слово означает. Не буду вдаваться в подробности — пусть за меня это сделает Надежда Константиновна Крупская, написавшая в 1931 году статью На стройке политехнической школы.
     До Минска волна политехнизации докатилась, как видите, осенью 1930 года. Чтобы заметка была понятнее, приведу адреса упомянутых там школ:
Адрес
 1Интернациональная, 31 
 2Ленинская, 21
 4Советская, 95
 5Ленинская, 21
12Земледельческий пер.
17Революционная, 22
19Логойский тракт, 18
20Лекерта, 5
21Советская, 113
27Советская, 44
31Земледельческий пер.
     Некоторые совпадения адресов объяснимы: школа № 2 была белорусской, школа № 5 — русской (располагались они, кстати, в здании, где до революции была Минская мужская гимназия). А вот чем различались две белорусские школы при БГУ (находившиеся приблизительно там, где сегодня педуниверситет) — № 12 и № 31 — пока не вполне понятно.
     Очевидно, что прикрепление школ к предприятиям проводилось по чисто территориальному принципу. Так, «Коммунар» — это завод имени Кирова, в километре от бывшей гимназии. Школы № 21 занимала здание бывшего реального училища  — практически через дорогу от Эльвода. «Энергия» — это сегодняшний МЗОР на той же улице Лекерта (ныне Октябрьской), что и школа № 20. На той же улице был и кожевенный завод «Большевик» — не так уж далеко от того же гимназического здания. Адрес Миншвея — Ленинская улица, 12. «Деревообделочник» и ныне размещается на старом месте, только называется завод уже «Амкодор-Белвар». Обувная фабрика — это на Немиге, точнее, на Немигской улице, как ее называли тогда. Типография имени Сталина  находилась в Доме Труда — старинном здании на площади Свободы, современный номер которого 23, а школа № 4 — примерно там, где сегодня знак «Начало дорог Беларуси». Наконец, «Пламя Революции» — это вагоноремонтный завод, ныне носящий имя Мясникова.
     Экскурсии на фабрики и заводы отдельно интересны. О них поговорим особо.
Кубоид Мориса Эшера

Эрратамания. Бытие определяет сознание

Готовлюсь к лекции по конформным отображениям. Обнаруживаю в конспекте пометку "Св Тих".
Первая мысль: при чем тут Светлана Тихановская???
Вторая мысль: ой.

Далеким от математики: Collapse )
 
Кубоид Мориса Эшера

***

Филфак БГУ первоначально предполагалось разместить в комплексе больницы на улице Александровской/Коммунальной/Горького/Богдановича.
Кубоид Мориса Эшера

Немного Гиляровского

     Вступив на престол, Александр III стал заводить строгие порядки. Они коснулись и университета. Новый устав 1884 года уничтожил профессорскую автономию и удвоил плату за слушание лекций, чтобы лишить бедноту высшего образования, и, кроме того, прибавился новый расход — студентам предписано было носить новую форму: мундиры, сюртуки и пальто с гербовыми пуговицами и фуражками с синими околышами.
     Устав окончательно скрутил студенчество. Пошли петиции, были сходки, но все это не выходило из университетских стен. «Московские ведомости», правительственная газета, поддерживавшая реакцию, обрушились на студентов рядом статей в защиту нового устава, и первый выход студентов на улицу был вызван этой газетой.
     Большая Дмитровка, начинаясь у Охотного ряда, оканчивается на той части Страстного бульвара, которая называется Нарышкинским сквером.
     Третий дом на этой улице, не попавший в руки купечества, заканчивает правую сторону Большой Дмитровки, выходя и на бульвар. В конце XVIII века дом этот выстроил ротмистр Талызин, а в 1818 году его вдова продала дом Московскому университету. Ровно сто лет, с 1818 по 1918 год, в нем помещалась университетская типография, где сто лет печатались «Московские ведомости».
     Дом, занятый типографией, надо полагать, никогда не ремонтировался и даже снаружи не красился. На вид это был неизменно самый грязный дом в столице, с облупленной штукатуркой, облезлый, с никогда не мывшимися окнами, закоптелыми изнутри. Огромная типография освещалась керосиновыми коптилками, отчего потолки и стены были черны, а приходившие на ночную смену наборщики, даже если были блондины, ходили брюнетами от летевшей из коптилок сажи. Типография выходила окнами на Дмитровку, а особняк, где были редакция и квартира редактора, — на сквер.
     Постановив на сходке наказать «Московские ведомости» «кошачьим концертом», толпы студентов неожиданно для полиции выросли на Нарышкинском сквере, перед окнами газеты, и начался вой, писк, крики, ругань, и полетели в окна редактора разные пахучие предметы, вроде гнилых огурцов и тухлых яиц.
     Явилась полиция, прискакал из соседних казарм жандармский дивизион, и начался разгон демонстрантов. Тут уже в окна газеты полетели и камни, зазвенели стекла…
     Посредине бульвара конные жандармы носились за студентами. Работали с одной стороны нагайками, а с другой — палками и камнями. По бульвару метались лошади без всадников, а соседние улицы переполнились любопытными. Свалка шла вовсю: на помощь полиции были вызваны казаки, они окружили толпу и под усиленным конвоем повели в Бутырскую тюрьму. «Ляпинка» - описанное выше общежитие студентов Училища живописи — вся сплошь высыпала на бульвар.
     Когда окруженную на бульваре толпу студентов, в числе которой была случайно попавшая публика, вели от Страстного к Бутырской тюрьме, во главе процессии обращал на себя внимание великан купчина в лисьей шубе нараспашку и без шапки. Это был подрядчик-строитель Громов. Его знала вся Москва за богатырскую фигуру. Во всякой толпе его плечи были выше голов окружающих. Он попал совершенно случайно в свалку прямо из трактира. Конный жандарм ударил его нагайкой по лицу. В ответ на это гигант сорвал жандарма с лошади и бросил его в снег. И в результате его степенство шагал в тюрьму.
     На улице его приказчик, стоявший в числе любопытных на тротуаре, узнал Громова.
     — Сидор Мартыныч, что с вами? — крикнул он.
     — Агапыч, беги домой, скажи там, что я со скубентами в ривалюцию влопалси! — изо всех сил рявкнул Громов.
     — Революция… Революция… — отозвалось в толпе и покатилось по всей Москве.
     Но до революции было еще далеко!