Иронический наблюдатель (vadim_i_z) wrote,
Иронический наблюдатель
vadim_i_z

Как бороться с лётными суевериями

    Статья про минских летчиков и аэропланы 1923 года получилась сперва слишком длинной, пришлось ее урезать. Вот и этот фрагмент был сокращен до одного абзаца. А материал-то интересный, приведу его хотя бы здесь.

  

 Валентин Михайлович Зернов

 Яков Владимирович Смушкевич

    Летчики (а особенно летчики тех, давних времен), как известно, люди суеверные. Зернов в этом отношении не был исключением, причем к традиционным русским суевериям (до наших дней дошла, например, привычка вместо «последний полет» говорить «крайний полет»; что, возможно, уместно у летчиков, смешно звучит в современной очереди: «Кто крайний?») он привез из Оксфорда и английские. В эскадрилье, которой он командовал, не прикуривали третьим от одной спички, опасались фотографироваться перед полетом и так далее.
    О том, как удалось преодолеть эти суеверия, рассказано в книге Г. Д. Табачника «Слава не меркнет» (М.: Политиздат, 1967. С. 14–15.), посвященной самому, пожалуй, известному белорусскому авиатору Якову Смушкевичу, дважды Герою Советского Союза, который в 1922 году был назначен политруком в эскадрилью Зернова. В этой статье мы не упоминаем его лишь потому, что двадцатилетний Смушкевич тогда только начинал учиться летать и потому участия в показательных полетах не принимал. Все было еще впереди.

    В Минске началась служба Смушкевича в авиации. Он был назначен в эскадрилью, которой командовал один из первых летчиков, заслуживших орден Боевого Красного Знамени, — Валентин Михайлович Зернов.
    Подтянутый, до блеска выбритый Зернов встретил его подчеркнуто вежливо.
    — Мм-да, — с расстановкой произнес он, критически оглядывая сутуловатую фигуру Смушкевича, в которой не было, если не считать формы, решительно ничего военного. — Ну что ж, пойдемте, — Зернов вздохнул, словно смиряясь с неизбежным, — представлю вас.
    — Благородные пилоты и многоуважаемые летчики, — начал он, когда они вошли в заполненную людьми большую комнату штаба. — Позвольте представить вам высокочтимого нового политрука эскадрильи...
    Смушкевич с удивлением выслушал эту высокопарную тираду. Ему уже рассказывали раньше много занятного об этом человеке. Рассказывали, что Зернов вывез из Англии, где он учился, приверженность не только к изысканной манере обращения, что он и продемонстрировал сейчас, но и к различным суевериям и приметам, которые от него переняли и остальные летчики.
    Первого мая после обычных тренировочных полетов были запланированы праздничный концерт и самодеятельный спектакль. Смушкевич привез на аэродром фотографа, который из окна сделал снимки, которые вечером и были розданы удивленным, но, кажется, уже не испуганным летчикам.
    Но не так просто было решить этот вопрос с Зерновым…
    Политрук отправился за кулисы. Войдя в гримерную, он присел перед зеркалом, примеряя парик: сегодня ему предстояло сыграть главную роль в пьесе Мольера «Проделки Скапена». «Игра-то ведь уже началась, — подумал он, — а теперь продолжим». Рядом в гриме Арганта сидел Зернов. Улучив момент, когда он отвернулся, Смушкевич положил перед ним фотографию. Совершенно ошеломленный, Зернов, который уже вошел в образ, только и смог произнести:
    — Этакая дерзость! И как провел! Удача твоя, что получился неплохо. И посему тебя прощаю...
    — Ах, сударь, мне много легче стало после ваших слов! — продекламировал Смушкевич, и оба расхохотались.
    Спектакль имел шумный успех .
Tags: авиация, цитата
Subscribe

  • Вялiкi дзяржаўны тэатр (праект 1934 г.)

    Шырокi скразны праход ад галоўнага ўваходу праз партэр i сцэну дае магчымасць прапускаць шматлюдныя делегацыі. Тэатральная плошча з шырокім выхадам…

  • Как в Москве передвигали дома

    Жаль, что в Минске до этого дело так и не дошло. Несколько интересных зданий, возможно, удалось бы сохранить.

  • Дом писателей

    Этот проект (о нем уже рассказывал yozas_gubka), увы, не состоялся, однако лет через тридцать пять почти на том же месте (тогда угол…

promo vadim_i_z august 4, 2016 08:18 65
Buy for 100 tokens
ПРЕДИСЛОВИЕ ПУБЛИКАТОРА В одном из эпизодов повести Анатолия Рыбакова «Кортик» (время действия – начало двадцатых годов прошлого века) участники школьного драмкружка выбирают пьесу для постановки. – «Иванов Павел», – предложил Слава. – Надоело, надоело! – отмахнулся Шура. – Избитая,…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments

  • Вялiкi дзяржаўны тэатр (праект 1934 г.)

    Шырокi скразны праход ад галоўнага ўваходу праз партэр i сцэну дае магчымасць прапускаць шматлюдныя делегацыі. Тэатральная плошча з шырокім выхадам…

  • Как в Москве передвигали дома

    Жаль, что в Минске до этого дело так и не дошло. Несколько интересных зданий, возможно, удалось бы сохранить.

  • Дом писателей

    Этот проект (о нем уже рассказывал yozas_gubka), увы, не состоялся, однако лет через тридцать пять почти на том же месте (тогда угол…