December 10th, 2019

Кубоид Мориса Эшера

Дом Голиневича

     Продолжаем читать воспоминания Владимира Медема.
     Николай Николаевич Голиневич - городской голова Минска в 1880-1890 гг., сыгравший заметную роль, например, в строительстве городского театра. Ему принадлежал большой участок в конце Подгорной улицы, примерно там, где сегодня стоит ступенчатый номенклатурный дом. Отец Медема был обеспеченным человеком (совмещал должности врача 30-й пехотной дивизии и начальника медицинской службы Либаво-Роменской железной дороги), поэтому имел возможность поселить там свою большую семью.
     Теперь мы можем представить, как выглядел этот уголок Минска в 90-е годы XIX столетия. Слово Владимиру Медему.
     Когда я перешёл во второй класс гимназии, мой отец арендовал новый дом. Он не был похож на наше прежнее жилище, и жизнь в нём приняла совершенно иной вид. Хотя наши предыдущие апартаменты были тоже очень респектабельны, однако новые были просто настоящими барскими. Это был «Дом Голиневича».
     Голиневич был городским головой Минска, он был очень богат. Его брат унаследовал его дом, но жить в нём не хотел. Он переехал в другой дом, поменьше, а большой дом стал сдавать внаём. Позднее его купил вновь избранный голова, богатый польский граф Чапский. Это был один из прелестнейших домов, если не самый восхитительный, во всём Минске.
     Войдя в ворота, Вы оказывались на очень большом дворе, как в аристократическом поместье, обширном и просторном, словно целая городская площадь. В центре двора, как раз перед домом — круглая клумба, цветник с прелестными розами. По обе её стороны располагались два крошечных домика, где жили садовник и офицеры с денщиками; и уже за цветником, прямо напротив ворот располагался огромный совершенно очаровательный деревянный дом, в котором мы жили.
     В доме были великолепный танцевальный зал с прекрасным паркетным полом из настоящего дуба, большая редкость в те дни; большая столовая; роскошный кабинет отца и целый ряд спален, а также коридоры, маленькие комнатки с укромными уголками, лестницы, ванна и прочие удобства. В саду была даже оранжерея. Правда, она была фактически пустой, из тех давних дней мне запомнилось только одно-единственное лимонное дерево. По бальной комнате можно было гулять, как по веранде, такая просторная она был; Несколько ступенек вели вниз, в огромный сад. Сад был великолепен. Одна его часть была занята изумительными цветами — садовник разместил здесь теплицы. Другая часть — фруктовыми деревьями. А третья была просто пар ком. В общей сложности площадь в ширину и глубину была огромной и занимала целый городской квартал. С трёх сторон сад был ограничен тремя улицами. Ещё одна сторона сада проходила вдоль Свислочи, а на другой, далёкой стороне Свислочи находился большой городской парк, Губернаторский сад. Сидя на нашей веранде летним вечером, мы могли слушать музыку, доносившуюся из Губернаторского сада и любоваться фейерверками.
promo vadim_i_z august 4, 2016 08:18 50
Buy for 100 tokens
ПРЕДИСЛОВИЕ ПУБЛИКАТОРА В одном из эпизодов повести Анатолия Рыбакова «Кортик» (время действия – начало двадцатых годов прошлого века) участники школьного драмкружка выбирают пьесу для постановки. – «Иванов Павел», – предложил Слава. – Надоело, надоело! – отмахнулся Шура. – Избитая,…